Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Интересное. Тайны пустыни туманов. Авантюрный роман. Часть 4, глава вторая.

Часть 4.
Collapse )
Продолжение следует.

Глава третья,
в  которой
разбудили лихо,
и осталось надеяться
только на «МиГ» удач»и
promo lik_mi january 10, 2015 18:37 93
Buy for 10 tokens
Прошлое в настоящем. (Не шоколадные, конечно, просто современники событий рассказа). . Несбыточные, словно сны о сказочных дворцах с мраморными ступенями. Манящие, как запах духов "Красная Москва". Они стояли за стеклом витрины обычного продуктового среди горок шоколадного лома и…

Интересное. Тайны пустыни туманов. Авартюрный роман. Часть 3, глава третья.

Часть 3.
Collapse )
Продолжение следует.

Интересное. Тайны пустыни туманов. Читальня Люси Мариноши.

Часть 3.

Collapse )
Продолжение следует.
Глава третья,
в  которой
летают безумные валькирии,
 а «сувенир с того света», в конце
концов,  доставится по назначению

Интересное. Авантюрный роман "Тайны пустыни туманов". Часть 3. Глава первая.

Collapse )
Продолжение следует.

Интересное. Авантюрный роман "Тайны пустыни туманов". Часть 1. Глава пятая.

Глава пятая,
в  которой  подруги
беседуют о смысле жизни,
находят алмазы
и новые приключения

Нахватав полные рты песка, путешественницы оставили попытки болтать во время ходьбы и молча прошагали часа три.
Неутомимое африканское солнце к вечеру стало светить еще ярче, словно решило, раз холодный ветер помешал поджарить экспедицию, постараться хотя бы ослепить.
Может, стресс так влиял, но  Варваре казалось - она бы еще целые сутки топала без устали. Однако ее подруги явно выбились из сил. Стиснув зубы, они крепились, но представляли собой «душераздирающее зрелище».
Трудно верилось, что исполинские барханы, раскинувшие плиссированные свои склоны на всем обозримом пространстве, приходятся близкой родней уютным дюночкам Рижского взморья. У подножья песчаных гор, прихотью природы окрашенных в аппетитные оттенки теплых тонов спектра: от абрикосово-персиковых до апельсиновых, от морковных до густо-терракотовых -  все чаще возникали скалистые нагромождения, похожие на руины замков какого-то давно вымершего племени великанов.
Они поровнялись с причудливым ступенчатым образованием из базальта. За скалой, как за стеной, можно было укрыться от порывов студеного ветра, на уступе - присесть, а на другом - расположиться с провиантом.

- Привал, девушки! - объявила Варвара. - Приглашаю вас в рэсторан «Стоун-Хедж».
- Стоны мы тебе организуем, - скаламбурила Саша, с облегчением сбрасывая успевшую осточертеть ношу. - Оружие на привале снимают или как?
Откуда Варваре знать? Но раз уж взялась командовать… Она уверенно распорядилась:
- Кладите на землю! - и объяснила, вороша продуктовые запасы и вываливая на «стол» один за другим банки, коробки, пластиковые стаканчики, тюбики:  - Чем хороша пустыня? Невозможно подкрасться незаметно.
Послушно усевшись, Елизавета Сидорова с видимым наслаждением принялась вытряхивать песок из кроссовок, после, массируя себе лодыжки, тоненько пожаловалась:
- Что-то мне Неуловимый Джон начинает приходить на память - не то, чтобы его никто поймать не мог, просто кому он на фиг нужен…
- Не будите лиха, девушка, и молитесь, чтобы нам хотя бы не помешали до аэропорта добраться! - упрекнула Саша, с обещанным стоном задирая ноги на край каменной платформы. И сделала сама себе замечание: - Фи, ноги на стол! Какой моветон!
- Болят? Натерла? - забеспокоилась Варвара. - Снимай кроссовки, полечим.
- Ничего, пройдет. - отмахнулась Саша. Она знала: если сейчас займется болячками, потом будет не в силах встать. Так с ней в Париже бывало: набегаешься пешедралом, не чуя ног от счастья, а вечером из туфель выливаешь кровь. Утром еле втиснешь в обувь распухшие ступни, и снова летаешь бесплотным существом...
- Смертельная опасность - лучшая анестезия! - Произнесла  она вслух. - Ну и смертельное счастье, конечно, тоже.  Кстати, в  тему: надеюсь, походные условия гигиену не отменяют? У меня где-то влажные салфетки заныканы…
- Вот вам пропитанные чистым спиртом, - откликнулась Варвара, разрывая  пакетик из аптечки. Обтерев себе ладони, она вдруг застыла, и с покаянным надрывом заявила:
- Ядрена бабушка! Расстреляйте меня на месте! Я оставила бойцам в ангаре флягу с водой, не зная, что она у нас  единственная!
- Мы остались в пустыне без капли воды?! - Ужаснулась Елизавета. - То есть  растворимый кофе растворять не в чем? Все, я - труп!
- При чем здесь кофе, кофеманка ты несчастная! - Запаниковала Саша. - Мы от жажды умрем через шесть часов!
Варвара пошутила мрачно:
- Ну не убивайтесь вы так. Не умрем мы от жажды, успеем замерзнуть насмерть, как нам бойцы сулили!
- …С которыми мы так гуманно обошлись!
Увидев, что подруги и впрямь расстроились, Варвара сжалилась.  Вскрыла лежащий перед ней пластиковый контейнер:
- Вот вам йогурт, пейте на здоровье. Здесь целая упаковка, десять стаканчиков. Хватит на всех.
- Тут еще сок апельсиновый есть, - обрадовалась Саша,  исследуя  содержимое сваленных на «столе» запасов, - целых… одна пачка…  А также заначенный наперсток вина,  и еще коньячок!  Предлагаю приступить к банкету!
- Тогда я требую порцию салата «оливье»! - моментально позабыв о своих страхах, засмеялась Елизавета. - А иначе где я буду, когда напьюсь, мордой спать?
*   *   *         *   *   *         *  *  *
…Подкрепив силы и немного отдохнув, подруги пребывали в отличнейшем настроении.  Саша и Варвара курили, перебрасываясь шутками, а Елизавета крутилась юлой, пожирая глазами удивительные метаморфозы закатного солнца и облаков на фоне сгущающейся синевы небес.
- Я уже придумала эффектное начало для репортажа о нашем приключении. - восторженно хихикая, сообщила она. - «Знаете, что такое пустыня Намиб? Это целая планета, покрытая песком. Это великое оранжевое безмолвие…».  Здорово?
- Класс! - воскликнула Саша, отрываясь от сигареты. - А финал тоже придумала? Пусть он будет не такой эффектный, лишь бы благополучный.
- Давайте-ка решим до темноты, - предложила Варвара, -  мы идем дальше на юг или здесь остаемся ночевать?
- Я считаю так: не надо искать добра от него же. Заночуем прямо здесь, -  немедленно высказалась Саша. - Кто знает, отыщем  мы среди ночи другое укрытие,  такое же удобное?
- Что Лиза думает?
- Неужели это наяву со мной все происходит? - невпопад бормотала журналистка. - Закат в пустыне Намиб… И мы - ее заложницы… Хорошее название для репортажа: «Заложницы пустыни…»
Подруги принялись щелкать пальцами перед ее носом. Елизавета очнулась. Грустно пошутила:
- Девочки, напомните мне, пожалуйста, что я здесь делаю?
- В смысле, на этой пустынной планете? Ты прилетела спасти мир! - С пафосом провыла Варвара и театральным жестом протянула к ней руки:. - Вернись к нам, грешным и ничтожным, и поведай: ты за то, чтобы остаться, или идти в ночи?
Саша собезъянничала и также взвыла дурным голосом:
- О великий репортер криминальных хроник, вернись к нам, грешным и ничтожным!
- Ладно, кончайте издеваться. - Смутилась Елизавета. - Сами решайте, как лучше: сидя замерзнуть или на ходу. - Она поежилась: - А чего ветер-то злющий такой - он, что из Антарктики дует?
- Из нее, родимой! - подтвердила Саша Громова и авторитетно просветила: - Над холодным  течением Бенгельского (или Бенгуэльского, что то же самое) залива сталкиваются воздушные массы: холодные с юга и жаркие с севера, и творят здесь безобразия. Но нам, кстати, сказочно повезло - сегодня над пустыней практически затишье.
- Так чего же мы ждем? Собираемся и топаем! - изрекла Варвара. - Осталось пройти-то всего ничего - километров сто двадцать.
- Ни фига себе кусочек! Тридцать часов ходу! - снова запаниковала Елизавета.
- Мы что, по-твоему, шагающие автоматы? В лучшем случае - трое суток! - поправила Саша.
- Нужно было заставить наших бойцов нас на вертолете подвезти… Может, еще не  поздно вернуться?
- Что за глупости! - рассердилась Саша и выдвинула новую идею: - А давайте выйдем  на трассу и стопанем! А то этот «пеший тур с элементами экстрима» мне все меньше нравится…
- Девушки, надо уже один раз определиться! - Нетерпеливо вскричала Варвара, разложив на камне карту. - Смотрите, где мы сейчас находимся…
Подруги низко склонили головы.
- А что означает эта извилистая линия, на колючую проволоку похожая? - наивно поинтересовалась журналистка.
- А то и означает, что это колючая проволока и есть. Нас завезли на территорию запретной зоны. Она охраняется военными. Им лучше на глаза не попадаться.
Елизавета испуганно ойкнула. Однако природный оптимизм все еще заставлял уповать на лучшее:
- А к берегу океана - нельзя выйти?
Варвара безжалостно разрушила последнюю надежду:
- Вот там мы точно окочуримся. Нет уж, пересечем пустыню посередке, а когда выберемся к зоне связи, попросим помощи. Сто километров - это же все-таки не тысяча. Есть возражения? Вопросы?
- Так… Пара пустяков… - буркнула Саша.  С тех пор, как отвергли ее предложение насчет автостопа, она молча собирала и раскладывала по сумкам и карманам продукты, медикаменты и все прочее: - Кто мы? Откуда? Куда идем?
Варвара, быстро и по-своему завершив начатое Сашей, сгрузила на песок сумки, опять присела, с сигаретой в руке хлопая по карманам в поисках зажигалки:
- Снова-здорово! Только же решили - идем строго на юг. Кто мы, давно понятно - бешеные идиотки. Позволили захватить себя, как покорные овцы. Что-нибудь еще интересует?
- Да,  - не унималась Саша со своими шуточками. - В чем сила, сестра? В чем смысл жизни?
- Ну самое подходящее время - потрендеть. - нахмурилась  Варвара.
Она прикурила от протянутой Сашей зажигалки и сказала Елизавете: - Мы - по последней на дорожку, а ты можешь потихоньку трогать.
- Я с вами посижу. Вдруг пропущу, не узнаю, в чем смысл жизни…
- Вы будете смеяться, но у меня есть ответ на этот вопрос. - задумчиво молвила Саша.
- Да ты че?! И в чем же он, мудрая женщина?
- Учитесь, студенты, пока я живая, - загнула Саша, и вдруг перешла на серьезный тон:
- Смысл - в самом процессе познания. Так сказал однажды мне, дуре, великий изобретатель Олег Барсуков. А я взяла и запомнила. Он придерживается мнения, что человечество для живого организма вселенной - ни что иное, как орган познания. Посредством которого она обретает самосознание и становится некой разумной сущностью.
Елизавета тихо ахнула и кинулась разыскивать блокнот и ручку:
- Вселенная? Разумная сущность? Как интересно…
- Вселенная. - задумчиво подтвердила Саша. Не мигая, она глядела на быстро растущую башенку пепла на конце сигареты. -  «Так сказал Заратустра». То есть Барсуков. И с тех пор этот вопрос для меня отпал…
 - А любовь? Разве смысл - не в ней?
- Любовь - это главное содержание жизни, это совсем другое…
- Ну не знаю, как оно вообще обстоит дело со всей вселенной - всю-то я вселенную не проехала, - снова сыронизировала Варвара,  - но здешним просторам мы - параллельны
- Может, еще по одной выкурим? - предложила Саша.
Варвара переплетала косу. Перетянула резинкой, откинула за спину, нахлобучила бейсболку: - Пора трогать, подруга.
Лиза больше не способна была усидеть на месте. Она мигом собралась, устроив на спине рюказчок, а затем гордо повесив на шею автомат.
Варваре стало ее жалко:
- Давай я автомат понесу, оставь!
- Это мой трофей, не забирайте его, пожалуйста! Я и не подозревала, что иметь оружие - это так прикольно…
- Ну как знаешь, мое дело - предложить.
Журналистка, пока не передумали, быстренько покинула убежище. Не успели подруги загасить окурки, как она заверещала из-за скалы:
- Какая  красота! Скорее, девочки, я лопну тут одна! Тьфу, песок проклятый…
Варвара и Саша шагнули в сторону заката и онемели.  Над пустынными бездонными просторами, в ложбине яркосиних небес между темно-оранжевыми склонами громадных барханов рдел огромный солнечный  шар. Ночная тень наползала пролитой черной тушью, прервращая силуэты песчаных гор в подобие китайского графического символа инь-ян.
Ощущение, что пейзаж принадлежит миру вирутальному, и сам ты превратился в деталь компьютерной анимации, было полным. Захватывающим.
Елизавета яростно отплевывала песок, но стояла на месте, глядя во все глаза: запоминала. Варвара, не столь впечатлительная, догадываясь, что и Сашу Громову «она потеряла», выдержала небольшую паузу и крикнула:
- Отомрите!
Ее внимание привлекло нечто непонятное и потому тревожное. Вдали у самой кромки песка и неба что-то клубилось, шевелилось - то ли облака, то ли туман, то ли смерч…
- Там что-то на нас двигается, смотрите! Не пойму - предмет или явление?
Вскоре оттуда донеслись звуки, и клубы облаков, прямо на глазах, как по заклятью, превратились в отару овец, оглушительно блеящую, несущуся к ним со скоростью экспресса. Впереди стада, как вожак, мчал чернокожий с красивым вишневым отливом юноша-пастух. Его голову украшала затейливая прическа из туго сплетенных косиц, закрученных бараньими рогами. Пробегая мимо, он не сбавил ходу, лишь испуганно покосился на вооруженных женщин африканским шоколадным глазом.
- Что это было? - завороженно сморгнула Елизавета.
- Всюду жизнь… - сострила Саша.
- Вот так она и пролетает - мимо… - в тон ей подхватила Варвара, и вдруг, прыснув, добавила.: - Слабо догнать и перегнать?
…Догонять стадо овец никто, конечно, не собирался. Но неожиданная встреча с реалиями местной африканской жизни, текущей особняком, по каким-то своим собственным неведомым законам, - встреча эта странным образом воодушевила подруг,  вернула кураж, заставила преодолеть страх неизвестности.

Они больше не обращали внимания на ветер и песок, не страшились темноты, и скоро им сделалось жарко от взятого темпа. Тем более, что наступившая ночь, к счастью, не стала испытывать новичков дедовщиной. Звезды, загораясь одна за другой, давали достаточно света, а когда взошла полная луна, даже отпала необходимость включать фонарь.
Когда луна засияла в полную силу,  внизу  тоже вспыхнули огоньки. Они сверкали, перебегали с места на место за лунным лучом, словно играли в салки.


Collapse )
*   *   *         *   *   *         *   *   *
Они проснулись, «заложницы пустыни», как только начал заниматься мутный рассвет. Умывались росой,  пили овечье молоко, и снова шагали, едва не задыхаясь в  пресловутом этом тумане - густом, как мусс…

14
Фото из Интернета

Интересное. Авантюрный роман "Тайны пустыни туманов". Часть 1. Глава четвертая.

Часть 1.

Глава четвертая
,
в  которой начинаются
африканские приключения
Варвары Лагиной, Саши Громовой
и Елизаветы Сидоровой 

Юго-Западная Африка,  пустыня Намиб, то же воскресенье
- Девочки, вам не кажется, что это смахивает на похищение?! - давясь восторженным смехом, пропищала Елизавета.
Журналистка, с ее ребячливостью и цыплячьей миниатюрностью, выглядела до смешного молодо - ну просто вчера родилась. Подобно многим дюймовочкам, она обожала просторную одежду с крупными деталями и вообще экстремальный стиль, вот и для сегодняшней встречи с африканской зимой нарядилась в шерстяную куртку, которую шутя называла «верблюдячья» - с огромными карманами и  капюшоном, сшитую словно из верблюжьего одеяла. Зато новый, темно-вишневый, цвет ее коротко стриженых волос по сравнению с обычным буйством радужных прядей смотрелся почти консервативно.
Голос Елизаветы был настолько пискляв, что в грохоте вертолета подруги ее не расслышали, хоть она и устроилась между ними. Она повторила, напрягаясь изо всех сил.
Один из двоих «спасателей», сидевших напротив, радостно закивал, и с охотой подхватил по-русски, с заметным акцентом:
- О, да, да! Пах-хыш-шщэниэ!
- Похищение! Какая прэлесть! - дурачась, воскликнула Саша Громова. - Это непременно надо отметить!
Не слишком вглядываясь, Сашу тоже легко было принять за юную девушку - из-за свежего  миловидного лица с гладким высоким лбом под коричневой растрепанной челкой, чуть стеснительных манер, и тонкой гибкой талии, в настоящий момент скрытой жемчужнобелой курточкой на молнии, с глухим воротом.  Ей также  пришлось форсировать свой глуховатый тембр, обращаясь к мужчинам:
- Подайте, пожалуйста, мою сумку, она там сзади в куче, где вы все свалили, черная такая… - Хохотнув, Саша снова повернулась к подругам: - Я прихватила пару бутылочек коньяка!
- Похищаемые пьют до дна! - подхватила Варвара Лагина, нырнула в один из многочисленных карманов джинсовой куртки, достала две потешные бутылочки вина, «сэкономленные» в полете. Ее своенравная плазменно-рыжая грива, обычно живущая собственной жизнью, сегодня была скрыта под бейсболкой и заплетена в тугую косу, что, впрочем, еще не означало окончательной победы - ее волосы имели обыкновение вырываться на свободу, как Дэвид Копперфильд, из любых пут.
С комической серьезностью Варвара осведомилась: - Из горла будете?
- С удовольствием! - объявила Елизавета. Она тоже «сэкономила» к себе в куртку два пузырька:
- Какое предпочитаете в это время суток - красное, белое?
Саша взяла у нее из рук бутылек белого. Все трое, посмеиваясь, открутили крышки и чокнулись.
- А «похищающим»? - спохватилась Варвара.
Двое парней напротив развеселившихся женщин, оба в военном камуфляже не первой свежести, один с ординарной  европейской внешностью, другой - то ли с Кавказа, то ли из Средней Азии, а может, и вообще арабского происхождения, - переглянулись. Просьбу Саши вернуть ей ее ручную кладь они совершенно проигнорировали.
…Багаж пассажиров чартерного рейса Рига-Ланго-Ланга- Рига остался в грузовом отсеке «Боинга», совершившего вынужденную посадку на территории пустыни Намиб. Судя по информации, которую им демонстрировали на мониторе в салоне авиалайнера, лететь оставалось минут десять - всего ничего.
Никто даже не понял, что случилось. Во время полета ничего внештатного не происходило, пересадка в Ларнаке ни на минуту не нарушила расписания - из графика ни разу не выбились. Ничто не предвещало беды.  Стюардессы особо не суетились. Большая часть пассажиров, уверенные, что их воздушное судно вот-вот примет аэропорт Ланго-Ланга, расположенный в южных широтах, утеплялись, готовясь к перемене сезона, переводили часы на местное время. Подруги тоже успели накинуть на летние майки куртки, сменить шорты на джинсы, и задремать. Сквозь дрему они не разобрали, что именно сообщали по громкоговорителю. А когда бортпроводницы нежданно-негаданно  пригласили пассажиров к аварийному люку, и каждому пришлось проделать цирковой трюк спуска по желобу, то, почувствовав под ногами твердую почву,  каждый благодарил Бога, что остался живым.
Потерпевшие аварию еще не успели опомниться, а в небе уже показался вертолет. Народ ликовал, махал бейсболками и панамами, не сомневаясь, что прибыли спасатели. Кто-то из экипажа, со списком в руках, взял на себя командование, велел выстроиться в очередь, первыми вызвал почему-то Александру Громову,  Варвару Лагину и Елизавету Сидорову.
Вертолет опустился, из него выскочили двое в камуфляже и повели подруг в кабину, отобрав по дороге ручную кладь. Женщины послушно дали себя увести, уверенные, что за ними следуют.  И даже, обнаружив, что их поднимают в воздух только троих из восемнадцати пассажиров, наивно полагали, что за разумным объяснением дело не станет.
А пока они резвились. Европеец протянул руку за вином и  произнес напарнику по-английски:
- Впервые вижу таких покладистых заложниц! Молодцы.
Саша Громова, за время своей работы в туризме овладевшая английским на уровне родного, на секунду застыла в улыбке. «Русскоговорящий» дернул подбородком в сторону Варвары:
- Скажи подругам, пусть не боятся. Скоро посадка. Будете правильно себя вести, никто вас не обидит.
- А куда нас везут? - спросила Варвара, в эйфории все еще отказываясь понимать, что происходит.
«Араб» безмолвствовал, только покосился конским своим оком с красноватыми прожилками на напарника. Европеец оторвался от пузырька, укоризненно покачал башкой:
- Женщина без вопросов не может.
Саша, отпившая пол-глотка, подняла бутылку, как бы произнося тост по-латышски:
- Кажется, нас на самом деле похитили… Что будем делать? Прозит!
Варвара брякнула:  - Ядрена бабушка! - Деланно расхохоталась, глотнула вина, завинтила крышку и спрятала бутылочку в карман. Пропела по-латышски на мелодию латвийского гимна: «Готовимся к побегу! Их трое и нас трое. Прорвемся».
Елизавету, до которой внезапно дошло, пробрал словесный понос. Она стала трещать без умолку, елозя, словно ее поджаривали на сковороде:
- Представляете, девочки, я всегда думала, что умру, если придется на вертолете лететь! А вот лечу и не боюсь совершенно! Знаете, почему? Потому что я так перетрусила, когда мы сели в пески, что даже на космической ракете бы оттуда улетела, лишь бы подальше… Вы меня понимаете?
Подруги обе, как по команде, замахали руками и закричали, дуэтом перекрывая и без нее невыносимые вертолетные децибеллы:
- Помолчи, пожалуйста!
Тем временем воздушная машина снижалась, нарезая круги над местностью, на вид схожей  с дюнной зоной огромного пляжа. Скорее всего, нудистского - на многие километры вокруг тянулась колючая проволока. Высоченные, будто русские горки в парке аттракционов, дюны заслоняли берег океана. Не каждому пожелавшему искупнуться нудисту удалось бы сохранить жизнь, добираясь до кромки воды. Вот и все, чем отличалась от океанского пляжа прибрежная пустыня Намиб. Не считая алмазов, конечно.

Внизу показалась крыша ангара. Приземление заняло пару минут, показавшихся  томительно долгими,  как школьникам урок по нелюбимому предмету. Вертолет скаканул и встал на песчаный грунт.
«Неужели нас завезли сюда, чтобы бросить в пустыне одних?» - думала Варвара. До сих пор русская поговорка «Не зная броду, не суйся в воду» ее как бы не касалась. Она вечно поступала наоборот и ей еще ни разу - тьфу, тьфу, тьфу - не пришлось об этом пожалеть. Она не сомневалась -  это именно с ней намеревались разделаться «серые полковники», а подруги попали в беду случайно, за компанию. Ну какого ляка она поперлась именно их вонючим чартером - жаба задушила, что ли? Как она могла поверить, что они не вычислят, кому обязаны судебным иском? Умна  не по годам! Хороший получился сюрприз - и папе, и Феликсу…

Collapse )
Продолжение следует.

Интересное. Тайны пустыни туманов.

10
Collapse )
Часть 1

Collapse )
Продолжение следует.


моё фото

Интересное. Тайны пустыни туманов.

title="savanna-49086" />
Глава вторая,
в  которой
Феликс Муравьев
гуляет по минному полю

Африка, Ланго-Ланга, конец  мая, воскресенье
Грузнеющие  облака горной цепью нависли над горизонтом. За сумрачными этими вершинами едва тлело предзакатное солнце.
Пока не стемнело, Никита Астратьев сидел на террасе старинного особняка, давно приспособленного под офис туристической фирмы “Экстрим-тур”, ожидая вестей о прибытии Феликса Муравьева. Он приготовился к встрече на традиционный русский манер - бутылка водки, огурчики… Разговор предстоял нелегкий, да и родственники, как никак… То есть свойственники. Вести запаздывали.
Ника давно забыл, что такое философское уединение - на войне как на войне. Как там было в доисторическом анекдоте «армянского радио»? «Армянское радио спрашивают: будет ли третья мировая война? Армянское радио отвечает: - Войны не будет. Но будет такая  борьба за мир, что камня на камне не останется».
Горькая шутка оказалась пророческой. И вообще, и для Ники Астратьева, в частности. Его война «за мир во всем мире» продолжалась  уже второе десятилетие, и все тут же, в Африке. В Африке, где он успел пустить корни. В Африке, в которой ему  никогда не обвыкнуться…
Что за напасть такая - ностальгия… Зачем она мучает лютой тоской, обесценивая все то, к чему ты так стремился и чего добился? Заставляя вновь и вновь возвращаться к точке отсчета, к пресловутому камню с надписью «Налево пойдешь…»
К тому тяжкому моменту, когда ему, военному летчику, потерявшему лучшего друга на чужой войне, пришлось делать выбор: покорно принять наказание за серьезный дисциплинарный проступок или совершить прыжок с парашютом длиною в жизнь. Тогда влиятельному другу покойного отца удалось заинтересовать его персоной спецслужбы. Автобиография как-то ненароком, незаметно, сложилась в судьбу.
«Дороги, которые мы выбираем»… Смысл знаменитого рассказа Марка Твена сводился к тому, что человек не в силах изменить предначертанного. Разве что слегка поварьировать. Ника на сей счет держался иного мнения, внушенного литературой соцреализма: «человек сам кует свое счастье и свое несчастье», типа того. Пока Олег Барсуков, великий изобретатель, ставший его добрым приятелем,  для которого он был вроде африканского ангела-хранителя, не сумел это убеждение поколебать.
Произошло это событие в одной из их душеспасительных бесед после очередной вынужденной сделки Астратьева с совестью. Ника пил водку и казнился, что сделал когда-то неправильный выбор.  Дисбат или тюрьма - все лучше, чем чужим заниматься делом...
- Я Гагарина подвел… - Со слезами на глазах он в сотый раз показывал другу драгоценное фото космонавта №1:
- Читай, что на обороте написано: «Ника, ты должен стать моей сменой!» А я… Я - никто, и звать меня не Ника, а «Никак»! Жалкий инструмент чужих амбиций…
У русских  по трациции понятие дружбы непременно включает скорую психологическую помощь. Вот и Ника с раздраем в душе приходил к другу  и всегда слышал от него самые нужные на тот момент слова. Мозги Барсика были устроены удивительно рационально - он отличался на редкость трезвым подходом к жизни.


Collapse )
Фото Григория Лапшина
*   *   *         *   *   *         *   *   *
…Из аэропорта столицы Намибии Виндхук Феликс отправился континентальным рейсом до Ланго-Ланга, оттуда -рейсовым автобусом до самой границы ЮАР. С пограничной заставы на берегу Оранжевой реки повернул назад на север и долго шагал пешком. Шагал, шагал,  но усталости не чувствовал, как и тяжести своего увесистого саквояжа. Наоборт, в этом сухом, прогретом всего до 18  градусов Цельсия, хорошо проветренном степном пространстве, к нему пришло ощущение необычайного физического комфорта. Даже закурить ни разу не захотелось.
По обеим сторонам превосходной автомобильной трассы тянулись километры уродливых проволочных оград. Не встретив по пути ни машины, ни пешехода, он миновал  несколько разоренных ферм и засохших виноградников. Удивлялся: а где же война? Грохот орудий, команды «В атаку!», стоны раненых? Тарахтение вертолетов? Неужели и вправду все закончилось?
Территория баронской усадьбы с остатками разрушенных фортификационных сооружений, воронками, сплющенными кусками металла и обрывками колючей проволоки напоминала «Зону» из «Пикника на обочине». В эту тревожно-тоскливую картину органично вписывались корявые низкорослые акации и редкие заросли шипастного безлиственного кустарника. Поодаль монументом возвышалась яркооранжевая песчаная скала.

Фото из Интернета
Вечернее солнце тиранило глаза даже сквозь дымчатые стекла очков. Ошеломительной синевы небо казалось нанесенным на полотно театрального задника, на который неопытный художник израсходовал весь запас индиго. Оно служило фоном для игрушечных городских фасадов. Судя по декорации, играли какую-то из сказок братьев Гримм.
Широкий базальтовый уступ служил естественной границей между деревней и городом, между Африкой и Европой, между первозданной природой и чинным бюргерским укладом Германии века позапрошлого.

Мартинбург начинался особняком Мартина фон Пруписа, напомнившем  Феликсу  его собственный дом. Здания и впрямь были бы схожи, как близнецы, если бы не терраса.
Там за столиком сидел какой-то мужик и пил водку.  Должно быть, полковник Никита Астратьев. Мужик, как мужик - в цивильном. Когда Феликс приблизился настолько, чтобы разглядеть черты его загорелого лица, кстати, неплохо сработанные, решил, что военный летчик изрядно перебрал - тот вдруг вскочил и, не проронив ни звука, остолбенело глядел на Феликса.
- Эй, есть здесь кто живой? - «прикололся» детектив, поднимаясь по ступенькам крыльца.
Мужчина тряхнул головой. Взволнованно проговорил:
- Что с чартером?
- С чартером? Ах, с чартером…
Феликс поставил на пол дорожную сумку, развел руками:
- Да откуда мне знать? Я «Люфтганзой» до Виндхука летел. Добирался на перекладных. Вы - полковник Никита Астратьев?
- Можно просто - Ника. А жена ваша где?
- Дома. Что за странные расспросы… - Феликс на всякий случай скорчил надменную физиономию: - Возможно, меня принимают за кого-то другого? Позвольте представиться: Феликс Муравьев, законный  владелец усадьбы Мартина фон Пруписа.

Collapse )


С ощущением исполненного долга Феликс пошел принимать душ, а после  упал в постель, уверенный, что провалится в сон, стоит лишь ему коснуться пышной подушки. Но не тут-то было. Какая-то сволочь вздумала заводить мотоцикл прямо у него под окном. Звук был такой силы, словно событие происходило рядом.  Или это несколько мотоциклов? Надо сказать охране, чтобы поперла  байкеров с частной территории…
Он сел на кровати, спустил ноги на ковер, и вдруг до него дошло: это вовсе не мотоциклы. А самая что ни на есть прозаическая житейская неприятность, избавиться от которой человечеству не удается испокон веку.  И охрана тут не спасет, потому что  как раз один из его бодигардов и храпит внизу в передней - Чарли или Фредди. И ведь, что характерно, между прочим: храпун никогда не страдает бессоницей…
Нет, это ж надо! Ни стыда, ни совести! Проблемы нашел… Сам он сволочь.  Способен о такой фигне думать, когда бедные девушки в пустыне замерзают насмерть. А сам он должен был быть на их месте…
Кстати. На их месте. Сахно с Баранниковым готовили ему ловушку. Ему с Норой. А когда выяснилось, что их нет на борту, почему похитили Варвару с ее спутницами? Или надо задать другой вопрос: зачем? Чтобы его шантажировать? Тогда их жизни пока должны оберегать. Ладно. Завтра. Все станет ясно завтра. Африканскому землевладельцу пора спать.
Пересчитав не менее миллиона баранов, затыкая уши и укрываясь с головой двумя одеялами, чтобы не слышать могучего храпа, Феликс добился в конце концов легкой дремоты. Но стоило сбросить одеяло, как ему по векам ударил яркий луч света. Выхватив «макарова» из-под подушки, он резко вскочил  и сразу  увидал своего неприятеля, вернее - неприятельницу: полную Луну. Она была сказочно огромна и светила не хуже прожектора.
Ему захотелось размяться. Пройтись по дому? Он так и не успел как следует осмотреться. Натянул джинсы, положил в карман пистолет, спустился вниз по лестнице. Дал отмашку тут же прибежавшему Чарли:
- Иди спать, все под контролем. - Объяснил: - Бессоница одолела, хочу один по дому прогуляться.
Лунный свет разлился по всем комнатам, жутковато-холодный. Его люксов вполне хватало для освещения без электричества.

Collapse )

Интересное. Тайны пустыни туманов.

Часть 1.


Глава 1, окончание.

Collapse )

Интересное. Тайны пустыни туманов.

Люси Мариноши.                                                        
Тайны пустыни туманов.

Роман.

«Плач впереди!

За эти преступленья
ответят будущие поколенья».
В. Шекспир, «Ричард III»                                                                                          

Часть 1                                                                                                      

Пеший тур с элементами экстрима

Collapse )